Стеделейк-музей смотрит на космизм через призму современности

В просторном фойе Стеделейк-музея зрителей встречает инсталляция из загадочно мерцающих лайтбоксов: на зернистых черно-белых фотографиях мы видим звездное небо и человека, устанавливающего связь с небесными светилами при помощи подобия лазерного луча. Казахстан, где находится знаменитый космодром Байконур, фактически является порталом в космос, что неоднократно становилось темой работ художников из Центральной Азии. Серия «Повелитель звезд» (2009) алма-атинского дуэта Елены и Виктора Воробьевых была вдохновлена научно-фантастической новеллой их друга художника Сергея Маслова «Астральные кочевники» о космических приключениях современных казахстанских художников, где авторы — одни из персонажей. Инсталляция служит прологом к выставке «Космизм. Образы грядущей встречи», занимающей зал в анфиладе, где располагается постоянная экспозиция искусства первой половины ХХ века, в том числе коллекция произведений Казимира Малевича, приобретенная музеем в 1958 году с берлинской выставки, вывезенной художником в Европу в 1927-м.

Выставка в Стеделейк-музее сделана на основе знаменитого собрания Николая Харджиева с включением современных произведений и становится своего рода ключом, контекстуальным полем, расширенным комментарием к постоянной экспозиции, объединившей практически все авангардные направления, главными элементами которых часто были утопические идеи.

Отправная точка и камертон проекта — философия Николая Федорова и его последователей, в частности идеи о достижении бессмертия через развитие новых технологий и науки, о возможности воскресить мертвых, об освоении космоса и других планет в связи с перенаселением Земли в результате победы над смертью. По замыслу кураторов Франка ван Ламоена и Робби Швайгера выставка представляет собой «сжатое путешествие» по утопиям и дистопиям, вдохновленным идеями космизма.

В центре экспозиции — корпус работ Василия Чекрыгина (1897–1922), посвятившего свое творчество федоровской идее преодоления смерти и трагически погибшего в возрасте 25 лет. Чекрыгин работал бок о бок с Давидом Бурлюком, Наталией Гончаровой, Михаилом Ларионовым, Казимиром Малевичем, Владимиром Татлиным, был на фронте и видел ужасы Первой мировой войны. В конце 1920 года он начинает серию графических работ, похожих на мистические видения, проект будущей фрески. Главная тема — воскрешение мертвых, изображенных в виде парящих, поднимающихся и падающих человеческих фигур, завернутых в саваны, «исход из хаоса в космос», художники, воскрешающие своих отцов, — буквальная иллюстрация идей Федорова. Одна из жемчужин выставки — редкий живописный «Автопортрет» Чекрыгина 1918–1920 года.

На соседней стенке представлена вселенная Казимира Малевича — от ранних символистских работ до эскизов сценографии и костюмов к опере 1913 года «Победа над Солнцем». Есть здесь и еще один шедевр из собрания Харджиева — композиция «Супрематический дух», тончайшая по нюансам живопись на доске с изображением наложенных друг на друга линий в форме креста с белым квадратом посередине.

Как противопоставление геометрической абстракции Малевича показана группа работ, которые можно отнести к «органическому» направлению, в них проявились отголоски идей космистов о всеединстве. Лучизм Гончаровой и Ларионова был одним из первых абстрактных направлений, где контуры предметов очерчивались пересечением лучей, связывающих невидимыми нитями все живое и неживое.

Михаил Матюшин разрабатывал теорию «зорведа» — расширения сенсорного восприятия и угла зрения до 360 градусов; художник рассматривал окружающее пространство как сферу, в которой все взаимосвязано. Павел Филонов пришел к концепции «мирового расцвета»: каждую точку живописи он считал «единицей действия», а каждая картина и рисунок кропотливо выстраивались подобно тому, как в природе целое формируется из клеток и атомов. Завершают этот ряд экспрессивные живописные эскизы Ивана Леонидова к «Городу Солнца» (1947–1959), собственному утопическому проекту художника, опирающемуся на произведение Томмазо Кампанеллы.

Особое место на выставке занимают работы Федора Тетянича, недавно приобретенные в коллекцию музея. Тетянич — одна из самых ярких фигур украинского искусства 1960–1980-х. Начав деятельность в качестве художника-монументалиста, он изобрел фрипулью — собственную вселенную, со временем и вовсе вытеснившую из практики художника государственные заказы. Главными ее элементами были стремление к космосу, бесконечность и неразделимость процесса жизни и искусства, где каждому, даже самому простому и абсурдному, действию или объекту присваивалась категория эстетического. Фрипулья стала девизом, мифологией и псевдонимом автора, который также описывал ее как форму энергии, излучения или биополя, содержащего всю сущность человека. Федор Тетянич был первым украинским художником, кто ввел в свою практику акции и хеппенинги. Он наряжался в яркие разноцветные ткани и фольгу, надевал импровизированные головные уборы, сделанные из использованных коробок, собирал горы мусора и металлолома и устраивал акции на улицах.

Одним из главных проектов, сближающих искусство Тетянича с архитектурными утопиями Малевича и Леонидова, были «биотехносферы» — сферические архитектурные сооружения для одного или двух человек, способные, по замыслу автора, поддерживать вечную жизнь и оснащенные всем необходимым, расположенным вокруг центральной зоны. В 1984 году прототип такой автономной капсулы, собранный художником из подручных средств, был установлен в качестве оформления автобусной остановки, но затем был демонтирован и не сохранился.

Финальный аккорд выставки — интерактивная инсталляция Антона Видокле, главного среди современных художников исследователя космизма и его влияния на современное искусство и культуру на постсоветском пространстве. «Читальный зал космиста» представляет собой реконструкцию типичной советской библиотеки с простыми стульями и столом с зелеными лампами. Посетителям выставки предлагается присесть и погрузиться в сочинения философов, компендиумы, статьи, размышления, интервью и исследования на тему космизма — от Николая Федорова и Константина Циолковского до Вальтера Беньямина, Бориса Гройса и Арсения Жиляева.

Несмотря на неизбежную фрагментарность и ограничения по составу произведений, свобода и легкость в расширении контекста и временных рамок позволили кураторам найти интересные сопоставления и сделать тонкую и содержательную выставку, представив космизм как одну из магистральных линий модернизма и современного искусства.

Текст впервые опубликован в Art Focus Now.

Стеделейк-музей
«Космизм. Образы грядущей встречи»
До 3 марта